Вера в научные открытия и рекомендации специалистов зависит не столько от уровня их знаний, сколько от того, как общество оценивает истинные цели исследователей. Социологи из Вирджинского технологического института выяснили, что аудитория делит ученых на пять четких групп, и каждая из них по-своему решает, кому можно доверять, а кому — нет. Оказалось, что одной лишь компетентности для авторитета недостаточно, если за ней не стоит желание служить общественному благу.

 

Что важнее: знания или честные намерения

Результаты работы, опубликованной в издании Humanities and Social Sciences Communications, показали интересный разрыв между восприятием ученых самими собой и мнением простых граждан. Специалисты привыкли доказывать свою состоятельность через публикации, дипломы и точность расчетов. Однако для большинства людей гораздо важнее понимать, зачем проводится то или иное исследование.

Шумайла Бхатти, ведущий автор проекта, отмечает, что научное сообщество часто не умеет объяснять свои внутренние побуждения. Исследователей учат отчитываться о результатах, но почти никто не учит рассказывать о ценностях. Если человек чувствует, что за выводами ученого стоит желание заработать или продвинуть чей-то политический интерес, никакие звания не помогут сохранить доверие.

 

Пять типов слушателей научных новостей

В ходе опроса почти тысячи добровольцев социологи выделили пять категорий аудитории. Каждая из них по-разному реагирует на советы специалистов и по-разному оценивает их порядочность. Первое место по уровню доверия занимают так называемые энтузиасты. Эти люди минимально критичны и активнее всех поддерживают меры по защите окружающей среды и здоровья. Среди них много представителей белого населения с высоким доходом и либеральными взглядами.

Вторую строчку занимают оптимисты. Они тоже готовы слушать ученых, но их позиция сильнее зависит от конкретной ситуации. Демографически они похожи на энтузиастов, хотя в политических предпочтениях чаще склоняются к консерватизму.

Особое внимание привлекла третья группа — умеренные. Их отношение к науке крайне нестабильно. Например, в вопросах безопасности пищевых продуктов они готовы следовать рекомендациям, но в теме изменения климата их поддержка резко падает. Этих людей легко переубедить, если тема кажется им слишком сложной или спорной.

Четвертую и пятую позиции занимают скептики и отчужденные. Первые сомневаются в мотивах исследователей и чаще голосуют за республиканцев. Среди них много пожилых людей и тех, кто имеет среднее специальное образование. Отчужденные же демонстрируют самый низкий уровень доверия ко всем институтам власти и науки в целом. Они чаще всего представляют консервативные взгляды и считают, что наука преследует чуждые им цели.

 

Как тема исследования меняет отношение к фактам

Ученые проверили свои выводы с помощью простого эксперимента. Одной части участников давали читать статью о сальмонеллезе — теме, которая редко вызывает споры. Другой части предлагали материал о тепловых волнах, что в современном обществе часто становится предметом политических баталий.

Реакция аудитории подтвердила опасения. Даже люди, которые в целом уважают науку, начинали сомневаться в честности исследователей, если тема касалась чего-то идеологически острого. Дара Уолд, профессор Школы государственных и международных дел, поясняет: если гражданин видит в прогнозе ученого скрытую повестку, он может проигнорировать даже жизненно важное предупреждение. Например, человек откажется эвакуироваться при угрозе наводнения, просто потому что не верит тем, кто этот прогноз составил.

 

Почему квалификация не спасает от недоверия

Самый парадоксальный вывод исследования заключается в том, что даже самые критичные группы не ставят под сомнение интеллект ученых. Скептики и отчужденные вполне признают, что исследователи — умные и образованные люди. Их претензия не к уму, а к совести.

Получается странная ситуация. Научное сообщество тратит колоссальные ресурсы на подтверждение своей экспертности, в то время как основное сражение за доверие происходит на поле этики и открытости. Люди склонны прощать ошибки тем, кого считают честным, но не прощают правильных выводов тем, кого подозревают в корысти.

 

Как наладить диалог с обществом

Авторы работы предлагают несколько шагов, которые помогут специалистам стать ближе к народу. Главная задача — научиться говорить не только о том, как был проведен эксперимент, но и о том, ради чего он вообще начинался.

• Открыто обсуждать цели исследования и источники его финансирования;
• Уходить от сухого академического языка в сторону человеческого объяснения личной заинтересованности ученого в результатах;
• Признавать, что у разных групп населения могут быть свои опасения, и не игнорировать их;
• Показывать, что конечная цель работы — безопасность и благополучие обычных граждан, а не карьерный рост или гранты.

Бхатти подчеркивает, что наука сейчас предоставляет обществу не то, что оно ждет. Люди хотят видеть в ученом союзника, а не просто источник сухих цифр. Если этот разрыв не преодолеть, любые попытки внедрить научные достижения в жизнь будут наталкиваться на стену непонимания.

 

Реальные последствия для безопасности

Проблема доверия к науке касается не только академических споров. Она имеет прямое влияние на выживание людей в кризисных ситуациях. Когда метеорологи предсказывают ураган, их задача — спасти жизни, независимо от того, какой идеологии придерживается житель прибрежной зоны. Если этот житель не доверяет мотивам метеорологов, он рискует остаться в опасной зоне.

Исследователи надеются, что их классификация пяти типов аудитории поможет коллегам точнее настраивать свои выступления. Вместо того чтобы пытаться убедить всех одной и той же речью, стоит учитывать, что умеренных нужно убеждать фактами без навязывания идеологии, а для скептиков важно показать личную ответственность и неравнодушие ученых.

Работа над коммуникациями только начинается. Ученым придется осваивать новые навыки, которые раньше казались им не нужными. Умение объяснить свои человеческие побуждения становится таким же важным критерием профессионализма, как и знание методологии. Без этого мост между лабораторией и реальной жизнью так и останется разорванным, а общество будет все дальше уходить в пучину подозрений и страхов перед техническим прогрессом.